Давид Эйдельман (davidaidelman) wrote,
Давид Эйдельман
davidaidelman

Category:

Георг Эльзер или апология террориста-одиночки

Люди мелки не только в своих деяниях, но и замыслах. Они способны на большие дела только в том случае, если сбиваются в стаю, толпу, организацию, партию, армию, государство. Поэтому им трудно вообразить, что кто-то в одиночку может задумать и попытаться совершить несанкционированное деяние, способное изменить историю. Без посторонней указки! Сам по себе! Подчиняясь только велению своей совести, своих убеждений, своего понимания.



В Берлине был открыт памятник Георгу Эльзеру , который 8 ноября 1939 года пытался убить Адольфа Гитлера в мюнхенской пивной Бюргербройкеллер . Торжественная церемония состоялась во вторник, 8 ноября - в годовщину неудавшегося покушения, пишет Spiegel.

Скульптура высотой 17 метров представляет собой силуэт профиля Георга Эльзера. Ночью она будет подсвечиваться. На земле у памятника заложена плита с цитатой Эльзера. Установка памятника обошлась берлинской администрации в 200 тысяч евро.

Памятник установили в центре города на улице Вильгельмштрассе (Wilhelmstrasse) недалеко от того места, где раньше находились правительственные учреждения Третьего рейха. В нескольких сотнях метров также находятся засыпанные остатки бункера Гитлера.

Скульптура создана по проекту Ульриха Клагеса (Ulrich Klages). Его инициатором стал немецкий писатель Рольф Хохут (Rolf Hochhuth). По его словам, Эльзеру долгое время не отводилось в исторической памяти немцев достаточного места. Если графу Клаусу Шенку фон Штауффенбергу, пронесшему бомбу в ставку Гитлера 20 июля 1944 года, были возданы все высшие почести, то имя Георга Эльзера оставалось в тени. Юристы и историки долго спорили о правомерности покушения, в результате которого погибли невинные люди. И это вполне понятно: фон Штауффенберг происходил из аристократического рода и вместе с другими участниками «заговора генералов» был по сути олицетворением «лучшего вермахта», который якобы не имел ничего общего с преступлениями нацизма.

Эльзера долгое время считали провокатором Гестапо. 15 послевоенных лет все думали, что мюнхенское покушение – лишь удачная пропагандистская инсценировка вроде поджога Рейхстага. Люди мелки не только в своих деяниях, но и замыслах. Они способны на большие дела только в том случае, если сбиваются в стаю, толпу, организацию, партию, армию, государство. Поэтому им трудно вообразить, что кто-то в одиночку может задумать и попытаться совершить несанкционированное деяние, способное изменить историю. Без посторонней указки! Сам по себе! Подчиняясь только велению своей совести, своих убеждений, своего понимания.

Поверить в то, что простой швабский столяр без особого образования и аристократического происхождения осознавал ужас грядущей катастрофы было невозможно. А уж тем более немыслимым казался тот факт, что Эльзер в одиночку, без каких-либо связей смог безупречно спланировать покушение на главного человека страны. Не желая делить ответственность, в свои планы он не посвятил даже родных и близких.

В 1959 году журналист Гюнтер Райс (Gnter Reis) опубликовал большой материал о Георге Эльзере, где на основе разговоров со свидетелями и современниками тех событий впервые реконструировал портрет одинокого борца-антифашиста. Пять лет спустя историк Лотар Грухман (Lothar Gruchmann) обнаружил в архивах 203-страничный оригинал протоколов допросов Эльзера в гестапо. С этого момента считается совершенно точно доказанным, что ни двойным агентом, ни провокатором он не был.


Странно, как художественная фильмоварноография о Второй Мировой не обратила должного внимания на этот сюжет, который так и просится на киноэкраны и в романы - совершенно невероятную историю частного сопротивления тоталитарному режиму. Молодой, сознательный столяр. Храбрый, решительный, умный, симпатичный (судя по фотографиям).

Тем не менее вплоть до 1990-х годов имя Эльзера если и было вписано в официальный мартиролог антифашистского сопротивления в Германии, то мелким шрифтом, в отличие от героев-заговорщиков 20 июля 1944 года, вокруг которых сложился вполне развитый массмедийный культ.

Подвиг Георга Эльзера получил оценку лишь десятилетия спустя после окончания Второй мировой войны, и его имя было официально внесено в списки борцов против нацизма.

По поводу этического вопроса об установке памятника человеку, планировавшему убийство, совершившему массавый террорристический акт, писатель Рольф Хохут ответил:
«Когда законные средства не работают, одиночки имеют право прибегнуть к террору»


Возможно, так по крайней мере считают многие историки, покушение одиночки, простого столяра из Мюнхена Георга Эльзера могло уберечь человечество от...
Хотя, Вторая Мировая уже шла.
Но ход истории мог пойти совсем по другому.
И генералитет Вермахта, и ближайшие сподвижники Гитлера не верили в возможность скорой победы над Францией. Не готовы были к вторжению.

Вполне возможно, что без Гитлера оно бы не произошло…

Георг Эльзер пытался убить Гитлера, взорвав бомбу в мюнхенской пивной. Адольф Гитлер отличался постоянством в привычках. Ежегодно 8 ноября он приезжал в Мюнхен и посещал пивную под названием Brgerbrukeller, откуда в 1923 году выплеснулся коричневой пеной знаменитый «пивной путч». С момента прихода нацистов к власти эта привычка Гитлера превратилась в партийно-государственную традицию. Там в относительно узком кругу собирались сторонники фюрера послушать очередную харизматическую речь.

Но не одни лишь поклонники «спасителя нации» были осведомлены о деталях его делового календаря.

Приняв самое важное в своей жизни решение, осенью тридцать восьмого Эльзер начал обдумывать метод и искать место покушения.

Даже вторжение вермахта в Польшу 1 сентября и разразившаяся Вторая мировая уже не могут заставить его отказаться от задуманного, а лишь придают сил. По его собственному признанию, он страстно желал «избежать еще большего кровопролития».

Эльзер трудился на хайденхаймерской фабрике, производившей армейское снаряжение. Там было легко раздобыть взрывчатые материалы, которые он понемногу выносил с фабрики. Похищенные пороховые заряды поначалу хранил прямо в одежном шкафу, а потом в специально изготовленном им деревянном чемодане с двойным дном. В свободные часы весь свой недюжинный талант ремесленника он употреблял на конструирование надежной «адской машины» и взрывателя к ней. Для приведения устройства в действие он решил применить часовой механизм. Во время своих странствий Эльзеру довелось потрудиться на часовых заводах, и необходимыми познаниями в этой области он обладал. Два надежных будильника он без труда приспособил к своему устройству.

Фюрер каждый год ровно час выступал с речью в память о своем неудавшемся путче 1923 года. Начинал в 21.00 и заканчивал около десяти. За месяц до его приезда в Мюнхен в 1939 году Эльзер начал каждый вечер пробираться в пивнушку. Он прятался, дожидался закрытия и потом...

Как свидетельствуют гестаповские протоколы допросов Георга Эльзера, в период с 5 августа по 6 ноября он в общей сложности провел минимум 30-35 ночей в подвалах «Бюргербройкеллера», выдалбливая вручную в несущей колонне нишу для своей бомбы. Ему надо спешить.

Бомбу с часовым механизмом изготовил по-немецки надежно и в полном соответствии с канонами профессии: чтобы труднее было обнаружить, практически все собрал из деревянных деталей. За три ночи до дня Z поставил часы на 21.20 и заложил ящик в колонну.

Он всё рассчитал точно. Бомба взорвалась 8 ноября 1939 года ровно в 21.20.

Однако...

8 ноября уже к 18.00 зал был полон. Почетные места среди собравшихся «старых борцов» заняли Гиммлер, Розенберг, Франк, Геббельс, Риббентроп и Зепп Дитрих.

Но сильный туман парализовал воздушное сообщение, и Гитлеру пришлось торопиться. Прежде он начинал говорить обычно в половине девятого и к десяти заканчивал. Теперь же фюрер, которому предстояло в тот же день возвратиться в Берлин, лишившийся из-за испортившейся погоды возможности улететь самолетом и вынужденный ехать спецпоездом, изменил привычный сценарий и вышел к ораторскому пульту уже в восемь. К девяти он уже успел помянуть «павших героев», в пух и прах раздраконить ненавистную Англию и в семь минут десятого вместе со свитой покинуть «Бюргербройкеллер».

Через 13 минут после его ухода в баре раздался мощный взрыв. Трибуна, с которой ораторствовал фюрер, оказалась погребенной под метровым слоем обломков. Гитлеру в этих условиях нипочем бы не уцелеть. И не только ему одному. Если бы Гитлер задержался всего на 13 минут, то вполне возможно в последующие шесть лет не погибли бы пятьдесят шесть миллионов человек. Но увы... мюнхенский туман спас ему жизнь.

Взрыв, разрушивший не только колонну под подиумом, но и крышу зала, стоил жизни семи «старым борцам» и кельнерше. Более шести десятков человек получили ранения разной степени тяжести.

Фюрер узнал о взрыве во время остановки поезда в Нюрнберге. Дрожащим от волнения голосом он воскликнул: «Если я покинул „Бюргербройкеллер“ раньше обычного, значит Провидению угодно, чтобы я исполнил своё предназначение». Чуть позже, объясняя причину своего внезапного отъезда из пивной, Гитлер заявил: «Я почувствовал властную необходимость сократить речь, чтобы вернуться в Берлин тем же вечером. Я послушался внутреннего голоса, который меня спас».

«Пройди эта встреча как и во все предыдущие годы строго по программе, никто из нас в живых бы не остался. В отличие от прошлых лет фюрер начал и закончил речь на полчаса позже обычного. Он под защитой Всевышнего и умрет только после того, как исполнит свою миссию…» - записал в своем дневнике Йозеф Геббельс. Национал-социалистская машина в миг повернула прецедент в свою пользу, запустив легенду о "чудесном провидении", оберегающем Гитлера.

Виновными в «чудовищном злодеянии» в геббельсовском ведомстве назначили Британию и еёйную разведку. Впрочем и Гитлер, и его службы безопасности не сомневались, что покушение – дело рук британских агентов. Их искали по всему рейху. За поимку назначили высокое вознаграждение. Гестапо и полиция заваливались доносами.

Следствие по делу о взрыве началось тут же. На поиски причастных к нему лиц были брошены все силы полиции. Контроль на границах был резко ужесточен. В ту же ночь была создана так называемая «Центральная комиссия по расследованию покушения в Мюнхене», которую возглавили рейхсфюрер СС, шеф германской полиции Генрих Гиммлер и шеф гестапо Рейнхард Гейдрих. Работу спецкомиссии в самом Мюнхене возглавил обергруппенфюрер СС, руководитель имперской криминальной полиции Артур Небе.

Но никто из участвовавших во всех этих оперативных мероприятиях и подозревать не мог, что тот, на кого устроена эта грандиозная облава, был арестован еще до того, как рухнул потолок в «Бюргербройкеллере».

Эльзера схватили на границе со Швейцарией.

Всего тридцать метров отделяли его от территории государства, где, как полагал Эльзер, он станет недосягаем для лап нацистских ищеек, когда его окликнули. Обернувшись, Георг увидел перед собой мужчину в форме таможенника. Последовал нехитрый вопрос: что это он здесь делает? Эльзер был, видно, не готов к такому обороту дела и стал путано объяснять, что просто заблудился.

Таможенник, повидавший за время службы немало таких «заблудившихся», отвел его на ближний пост, который находился всего в пятнадцати метрах от границы и не был огорожен даже проволочным заграждением. Путь в Швейцарию преграждал лишь обычный полосатый шлагбаум. Но Георг, уверенный, что его «адская машина» еще не сработала, и полагавший, что после предъявления документов и прочих формальностей его отпустят, не предпринял никаких попыток к бегству.

Но дело дошло хотя и до поверхностного, но все же обыска. Кроме пары болтов, гаек да открытки с видом «Бюргербройкеллера» в его карманах, дотошные таможенники обнаружили за отворотом лацкана пиджака значок члена Союза красных фронтовиков. И тут же позвонили в местное гестапо.

Только там начали разбираться с его задержанием, как пришел приказ о закрытии границы и аресте всех подозрительных в непосредственной близости от нее. Гестаповцы доложили об Эльзере в Мюнхен и продолжали допросы, пока во второй половине дня 9 ноября не получили приказ доставить арестованного в столицу Баварии.

Спецкомиссия Небе трудилась не покладая рук. По-немецки педантично и скрупулезно перебирая все подозрительное в досье каждого из 120 задержанных подозреваемых в совершении покушения. Эльзера допросил Небе лично. Держался тот, видимо, отлично и не вызвал у обергруппенфюрера никаких особых подозрений. Потом им занялся оберштурмбаннфюрер СС Франц Йозеф Хубер. Последний уже успел осмотреть рухнувшую во время взрыва колонну, и ему пришло в голову, что покушавшемуся, чтобы выдолбить нишу для бомбы, очевидно, приходилось работать стоя на коленях. Хубер велел Эльзеру задрать штанины брюк. Опухшие, посиневшие, все в царапинах колени стали первым свидетельством против него.

Вскоре его этапировали в Берлин, где после долгих допросов с пристрастием он признался в совершённом покушении. Гитлер требовал, чтобы из заключённого любой ценой выбили показания на «истинных организаторов».

Но Эльзеру выдавать было некого. Бомбист-одиночка он не был связан ни с кем. Он сам рассказал обо всем этом на допросах: и как устроил маленький ящичек за обшивкой, снабдив его дверкой, и когда принес часовой механизм, и как ждал в темноте за колонной, пока пивная опустеет... Все очень просто. Однако эта простая правда не устраивала… Эльзеру не верили гестаповцы. Результатам следствия не верило руководство рейха. В версию Эльзера не верили враги режима, скептично настроенные немцы, иностранные журналисты. Да и как было поверить…

Уильям Ширер в «Берлинском дневнике» пишет 20 ноября 39 года: «Сегодня шеф гестапо Гиммлер объявил, что нашел человека, заложившего бомбу, чуть не разорвавшую Гитлера на части две недели назад в Мюнхене. Его имя Георг Эльзер, ему тридцать шесть лет, и за ним, по словам Гиммлера, стоят британская разведка и Отто Штрассер, бывший нацистский руководитель, а теперь злейший враг Гитлера, проживающий во Франции. Версия Гиммлера о том, как Эльзеру это удалось, звучит, конечно, неправдоподобно. Один немец, прочитав сообщение, сказал мне сегодня: «Теперь я точно знаю, что бомбу заложил Гиммлер».

Гиммлер был в панике. Нужно найти руководителей заговора, которого не существует. Небе, как «не справившийся с заданием», был отстранен от работы и отозван в Берлин. Рейхсфюрер чуть не в слезах жаловался Шелленбергу: «Поймите, ведь нам непременно нужно найти кого-то еще. Фюрер просто не желает верить, что этот Эльзер был один!» На протоколе допроса Эльзера Гиммлер в негодовании написал: «Какой идиот проводил допрос?»

На допросах Эльзер говорил, что впервые почувствовал неприятие нацизма, когда всех обязали вскидывать руку в нацистском приветствии. Окончательно утвердился как противник Гитлера, когда понял, что тот лжет и забирает у родителей их детей, разрушает семьи своим тотальным Гитлерюгендом. «До прихода к власти фашистов рабочие получали больше за час работы, чем кричат штатные пропагандисты, а громче всех фюрер, – сказал Эльзер. – И рабочих лишили права переходить с предприятия на предприятие».

«Сформировавшиеся у меня воззрения указывали, что ситуацию в Германии возможно изменить лишь путем устранения существующего руководства. Под руководством я понимал «верхушку» – Гитлера, Геринга и Геббельса. Размышляя, я пришел к выводу, что после устранения этих трех лиц в правительство войдут другие, кто не станет предъявлять другим странам невыполнимые требования, кто не намерен вторгаться на чужую территорию и кто озаботится улучшением социального положения рабочих» - сказал он на допросе.

Одержимый яростью отчаяния, характерной для подверженных панике подчиненных, Гиммлер сам стал допрашивать Эльзера. По свидетельству начальника мюнхенской криминальной полиции Бёме, Гиммлер сначала стал «пинать Эльзера ногами, при этом дико ругаясь, а потом передал его офицеру гестапо, и заключенного увели в туалетную комнату и били кнутом или чем-то подобным так, что он кричал от боли. Когда его принесли обратно, Гиммлер опять принялся бить его ногами».

Однако обвиняемый по-прежнему держался своей истории. Тогда Гиммлер назначил старшим следователем мясника Франца Губера, начальника венского гестапо. Но и он не смог установить «организаторов заговора» и сообщил по телефону Мюллеру свое заключение. Тот разгневался: «Боже милостивый, да как можно даже в мыслях допустить такое!» Однако все они, один за другим, приходили к тому же выводу: Эльзер был одиночкой. Даже Гейдрих, который свято верил первоначально в участие британцев и уже арестовал пару агентов.

Только Гиммлер, вынужденный отчитываться перед фюрером, продолжал гоняться за призраками. Кончилось тем, что пришлось ему выслушать от Гитлера упрек за «провал» – то, чего он боялся больше всего. Фюрер так и не простил Гимлеру, что тот скрыл от него настоящих виновников преступления 8 ноября. Это и было для Гиммлера основной причиной оберегать Эльзера как главное свидетельство того, что эсэсовцы отнюдь не промахнулись.

Ширер сообщает в примечаниях к своему дневнику: «Мы четыре месяца подряд на каждой пресс-конференции задавали вопрос, когда же состоится суд над Эльзером. Сначала нам отвечали, что его будет судить Верховный суд в Лейпциге, как и «поджигателей» рейхстага, что вполне соответствует ситуации, поскольку в обоих случаях подозрение ложится на самих нацистов. Несколько недель спустя наш ежедневный вопрос «Когда будут судить Эльзера?» вызвал лишь сдержанный смешок корреспондентов и еще большее раздражение доктора Бёмера, пресс-секретаря министерства пропаганды, пресс-секретаря министерства иностранных дел и его заместителя Брауна фон Штумма. В конце концов нам дали понять, что с этим вопросом уже не до смеха, и, выжав из этой шутки все, что можно, мы про нее забыли. Насколько известно, Эльзера никогда не судили. Казнили ли его — тоже неизвестно».

Ширер – один из лучших источников по истории Германии в предвоенные годы, но здесь и он ошибается.

Эльзер сменил несколько тюрем и концлагерей. По задумке фюрера, его ожидал показательный шоу-процесс после великой победы фюрера немецкого народа над всеми врагами рейха, но суда он не дождался.

Решение о ликвидации Эльзера принималось на самом верху - непосредственно Гитлером и Гиммлером, а реализовать его было поручено шефу гестапо Генриху Мюллеру. Тот, в свою очередь, избрал в исполнители штандартенфюрера СС Вальтера Хуппенкоттена, который прибыл в Дахау с письмом: «Также и судьба нашего особого заключенного Эллера вновь рассматривалась на самом высоком уровне. По этому поводу были получены следующие указания: при очередной бомбардировке Мюнхена или окрестностей Дахау Эллер должен якобы погибнуть. Я предлагаю для выполнения этого распоряжения абсолютно незаметно ликвидировать Эллера при наступлении указанной ситуации. Прошу озаботиться тем, чтобы в курсе происшедшего оказался крайне ограниченный круг особо доверенных лиц. Сообщение на мое имя о выполнении задания должно иметь следующую формулировку: « В результате бомбежки... среди прочих погиб заключенный Эллер».

Курьер, доставивший распоряжение в Дахау, получил от Мюллера и устные указания насчет того, как провести ликвидацию узника. Метода была уже давно опробована, с тех пор как 23 августа 1944 года в Бухенвальде был тайно казнен вождь немецких коммунистов, председатель КПГ Эрнст Тельман. Но у получившего секретное предписание начальства Дахау, переполненного истощенными узниками, и своих забот был полон рот. Дожидаться очередного авианалета было некогда, и заключенный Эллер был выведен из своей спецкамеры в тот же вечер 9 апреля во двор крематория и расстрелян специально отряженным для этого обершарфюрером СС из лагерной охраны, а тело на следующий день кремировано.

Под псевдонимом Эллер нацисты скрывали Иоханна Георга Эльзера...
Tags: Вторая Мировая
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 52 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →