Давид Эйдельман (davidaidelman) wrote,
Давид Эйдельман
davidaidelman

Categories:

Революционное бесстыдство

Читаю книгу Аркадия Ваксберга «ИЗ АДА В РАЙ И ОБРАТНО».

Вот несколько отрывков:

Даже Максим Горький, защищая евреев от антисемитских наскоков, призывал большевиков иудейского происхождения «проявлять больше морального чутья».

Сразу после октябрьского переворота к Троцкому явилась делегация петроградской еврейской общины, ведомая главным столичным раввином. Делегация предупредила, что активное участие евреев в различных структурах большевистской власти создает реальную опасность для еврейского народа. Троцкий ответил, что евреи как таковые его совершенно не интересуют, ибо сам он не еврей, а интернационалист.

Потрясенный казнями безвинных людей и тотальным террором, который вершила петроградская ЧК, талантливый молодой поэт Леонид Канегиссер – офицер и член столичной еврейской общины – 30 августа 1918 года застрелил главаря «чрезвычайки» Моисея Урицкого, чтобы, как он заявил сразу же после ареста, искупить вину своей нации за содеянное евреями-большевиками: «Я еврей. Я убил вампира-еврея, каплю за каплей пившего кровь русского народа. Я стремился показать русскому народу, что для нас Урицкий не еврей. Он – отщепенец. Я убил его в надежде восстановить доброе имя русских евреев».

Совершенно потерявший чувство реальности, петроградский диктатор Зиновьев, самонадеянно играя с огнем, провел через возглавляемый им Петроградский совет беспримерное решение, которым были названы поименно «лучшие люди наших дней». Вот их полный список: Ленин, сам Зиновьев собственной персоной, Троцкий, Урицкий, Володарский и Роза Люксембург. Последних трех к тому времени уже не было в живых. Был объявлен сбор средств на издание портретов всех «лучших людей», причем «лучший» Зиновьев отвалил с барского плеча огромные (конфискованные у свергнутой власти) деньги для поощрения типографов, которые взялись бы за печатание этих портретов. Опасные игры между тем продолжались.

ЗиновьевВойдя в раж, никогда не отличавшийся мудростью Зиновьев взялся за переименование проспектов и дворцов Северной Пальмиры, носивших имена, ставите уже историческими. Дворцовая площадь и Таврический дворец в Петрограде получили имя Моисея Урицкого, Владимирский проспект достался расстрелянному белыми большевику Семену Нахимсону, Литейный проспект стал проспектом Моисея Володарского, Адмиралтейский – проспектом никому не известного Семена Рошаля. Мраморный дворец, принадлежавший великому князю Сергею Александровичу, в одночасье окрестили дворцом бойкого большевистского журналиста Юрия Стеклова (Нахамкиса).

Потом взялись за города. Жемчужина петроградских пригородов Гатчина стала называться городом Троцким, другая жемчужина – блистательный Павловск – однажды проснулся городом Слуцком: эта честь была оказана какой-то ничтожной большевичке Вере Слуцкой, имени которой нельзя теперь найти ни в одном справочнике. Одновременно по приказу Зиновьева или с его согласия в Петрограде и всем Северо-Западном крае, отданном ему на откуп, производились массовые аресты и расстрелы заложников, – за эти безумства одного палача (точнее, двух: постыдную честь оказаться убийцей тысяч невинных людей с ним разделил его сподвижник Михаил Лашевич) приходилось – в сознании населения – отвечать всему еврейскому народу. Ему приходилось отвечать и за то, что комиссары с еврейскими фамилиями участвовали в грабеже православных церквей и зверском убийстве священников.

Ленин хоть тут понял, куда это может завести, и разослал секретное письмо о том, чтобы ответственным за эти преступления советской власти (сам-то он, конечно, этот бандитизм преступлением не считал) назначить русского Калинина, отводя внимание от евреев Троцкого и Каменева.

Надо было совершенно потерять разум, но обладать самодовольством дорвавшихся до власти невежд, чтобы производить сразу же после переворота, в бурлящей страстями стране, такие демонстративные и наглые эксперименты. На какую же реакцию «трудящихся масс» рассчитывали эти экспериментаторы? Или она их вообще не интересовала? А реакция не замедлила. Об этом можно судить хотя бы по тому, что Совет народных комиссаров вынужден был принять постановление «об энергичной борьбе с антисемитизмом».

Аркадий Ваксберг «ИЗ АДА В РАЙ И ОБРАТНО».

Читая про революционное бесстыдство некоторых лидеров большевиков из числа евреев, вспомнил высказывание великого российского еврейского историка Семена Марковича Дубнова, который в то же время писал:

«Из нашей среды вышло несколько демагогов, присоединившихся к героям улицы и пророкам захвата. Они выступают под русскими псевдонимами, стыдясь своего еврейского происхождения, но скорее псевдонимами являются их еврейские имена: в нашем народе они корней не имеют…»

И ещё почему-то подумалось о нынешнем революционером бесстыдстве олигарха Коломойского, который своими заявлениями типа "мы в синагоге решили убивать", плодит антисемитизм так, что ни одному юдофобскому обществу не снилось

Tags: Горький, антисемитизм
Subscribe

  • — Какой секс?!

    Журналисты берут интервью у девочки, победившей на областной олимпиаде по химии: — Скажите, а помимо химии какие предметы вы любите? —…

  • Любимый анекдот Квентина Тарантино:

    Черный парень заходит в салон кадиллаков. К нему подходит продавец и спрашивает: «Здравствуйте, сэр. Думаете купить кадиллак?» – «Я собираюсь купить…

  • АНЕКДОТЫ ВРЕМЕН ВТОРОЙ МИРОВОЙ

    Советский рабочий воевал всю войну. Дошел до Берлина. Там наткнулся в одном из разбомбленных домов на серию гомосексуальных порнографических…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 47 comments

  • — Какой секс?!

    Журналисты берут интервью у девочки, победившей на областной олимпиаде по химии: — Скажите, а помимо химии какие предметы вы любите? —…

  • Любимый анекдот Квентина Тарантино:

    Черный парень заходит в салон кадиллаков. К нему подходит продавец и спрашивает: «Здравствуйте, сэр. Думаете купить кадиллак?» – «Я собираюсь купить…

  • АНЕКДОТЫ ВРЕМЕН ВТОРОЙ МИРОВОЙ

    Советский рабочий воевал всю войну. Дошел до Берлина. Там наткнулся в одном из разбомбленных домов на серию гомосексуальных порнографических…