October 14th, 2012

вспотел

ООН предупреждает о грядущем продовольственном кризисе и росте цен на продовольствие

Продовольственная и сельскохозяйственная организация ООН (FAO) предупредила об увеличении цен на мясо и молочные продукты из-за экстремальных погодных условий в Соединенных Штатах, в крупных регионах Европы и в других мировых центрах производства продуктов питания, пишет Джон Видал в The Guardian.

ХлебПо данным FAO, в 2012 году мировое производство пшеницы, как ожидается, снизится на 5,2%, а урожаи многих других зерновых, выращиваемых для прокорма животных, могут упасть на 10% по сравнению с прошлым годом.

 Цены на пшеницу уже выросли на 25% в 2012 году, на кукурузу - на 13%, на молочные продукты на 7% только в прошлом месяце. Запасы продовольствия [которые хранятся для создания буфера против растущих цен] находятся на критически низком уровне .

Старший экономист ФАО (Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН) Абдолреза Аббассиан в интервью Guardian заявил, что в мире сейчас производится меньше еды, чем потребляется, — поэтому запасы продовольствия быстро истощаются. Потребление продуктов питания превышало объемы производства на протяжении шести из последних одиннадцати лет. Поэтому планетарные продовольственные резервы сократились за 10 лет на треть: 10 лет назад запасов было достаточно на 107 дней, в 2012 году — лишь на 74 дня.
Collapse )
Фауст

Сегодня 87 лет Науму Коржавину

Давно б я убрался с земли,
Да Бога боюсь и петли.

Не стану храбриться, юля,
Мне очень страшна и петля.
Но все не кончается с ней,
И Бога боюсь я сильней.

Вот явишься… Пена у рта…
Тебе ж вместо «здравствуй»: «Куда?
В творении замысел есть,
Ты должен быть там, а не здесь,
А ну-ка, поддайте орлу!..»

И тут же потащат к котлу.
И бросят — навек, не на срок —
В бурлящий крутой кипяток.

А вскрикнешь: «За что мне казан?» —
И вспыхнет в сознаньи экран,
И выйдут из мира теней
Все мерзости жизни твоей.
Все то, что, забывшись, творил,
Что сам от себя утаил,
Предстанет на этом холсте
В бесстыдной твоей наготе.

Как жил я — судить не берусь,
Но вспомнить все это — боюсь.
Да все ли Господь мне простил,
Что я себе сам отпустил?


Наум Моисеевич Коржавин