August 20th, 2013

Кролик

На сайте РеЛевант дискуссия о нелегальных мигрантах из Африки в Израиле

Первая (провокативная) написана Михаилом Урицким: «Зеркало «нелегалов»Collapse )
Но, как уже было сказано, большинство израильтян, вопреки стараниям правительства, СМИ и праворадикальных кругов, остаются индифферентными к расистской пропаганде, направленной против беженцев. За исключением одного весьма многочисленного сектора – русскоговорящей общины. Не будет преувеличением сказать, что среди русскоязычных израильтян откровенно расистская риторика, направленная против «нелегалов», является частью консенсуса. Центральные русскоязычные СМИ, отражающие настроения своей аудитории, при обсуждении этой темы сплошь и рядом скатываются к высказываниям, носящим откровенно подстрекательский характер.

Что же вызывает столь немотивированную агрессию среди русскоязычной общины по отношению к людям, которые не представляют для нее ни малейшей угрозы? Ведь подавляющее большинство русскоязычных борцов с «засильем нелегалов» ни разу не перемолвились с кем-либо из объектов своей неприязни даже парой слов. Причем, надо заметить, что, хотя агрессивное неприятие беженцев и идет, как правило, рука об руку со столь же агрессивным неприятием арабов, обоснование подобного неприятия существенно различается в этих двух случаях. Если арабы воспринимаются как ультимативный враг, намеренно и целенаправленно добивающийся нашего уничтожения, то беженцы воспринимаются как «грязь», «саранча», «раковая опухоль», «стихийное бедствие». И если в первом случае неприязнь еще можно хоть как-то рационализировать, то во втором случае она носит полностью иррациональный характер.

В этой связи вспоминается настоящая буря, которая поднялась в русскоязычной среде после того, как известный израильский журналист Ярон Лондон сравнил иммигрантов из бывшего СНГ с африканскими беженцами. В чем же заключалась причина столь бурного возмущения? Ответ в 100% случаев был таков: мы, в отличие от них, прибыли сюда легально, а они — «незаконно проникли». Произвольность такого понятия как «легальность», если рассматривать его с чисто формальной, законодательной точки зрения, очевидна. Сегодня «нелегальными» объявляют одних, а завтра – других, как это часто происходило в истории. Нет, речь здесь идет о чем-то совершенно ином. Иммигранты из СНГ «легальны» по той «объективной» причине, что они как евреи вернулись на свою «историческую родину». Ведь Израиль задумывался как убежище именно для евреев. И хотя африканцы сегодня нуждаются в убежище в несоизмеримо большей степени, нежели евреи, им в этом убежище следует отказать.
Collapse )
Кролик

Из книги А.И.Герцена «БЫЛОЕ И ДУМЫ»

"Он хотел затянуть дело; к тому же этот господин не брал взяток. В русской службе всего страшнее бескорыстные люди; взяток у нас наивно не берут только немцы, а если русский не берет деньгами, то берет чем-нибудь другим и уж такой злодей, что не приведи бог".
вспотел

Уменьшение числа браков – результат проблем в экономике

Уменьшение числа браков – результат проблем в экономике

Авторы нового исследования пришли к выводу о том, что безработица и ненадежность экономического положения в целом приводят к уменьшению числа браков. Это не только лишает людей тех преимуществ, которые они могут получить в браке, это наносит удар по всему обществу. Тенденция очевидна: брак становитс...

Posted by David Aidelman on 20 Aug 2013, 07:26

from Facebook
Кролик

Ислам и демократия. Египет и Германия. Мусульманские братки и нацисты

Статья Шломо Авинери («Гаарец»)

Collapse )


Исторические параллели следует проводить с особой осторожностью, и Братья мусульмане – не нацистская партия. Но ведь германские нацисты также пришли к власти в контексте демократической формы правления. Первое, что они сделали после прихода к власти, это занялись ликвидацией демократических институтов и превращением Германии в однопартийную диктатуру. Братья мусульмане действовали не столь кардинально, но их намерения были весьма прозрачны: рапространить насильственным образом исламистскую идеологию на все сферы жизни и деятельности египетского общества.

Если продолжить эту  аналогию (принимая во внимание всю условность подобного рода сравнений), то можно попытаться ответить на вопрос, кому было под силу остановить нацистскую экспансию в 1933-34 гг . Демократические партии, как известно, потерпели фиаско. Как бы абсурдно это ни звучало, единственным институтом, который мог отстранить Гитлера от власти, была германская армия. В том случае, если бы армия осуществила военный переворт и установила режим, который, разумеется, никакого отношения к демократии не имел бы, а, скорее всего, напоминал бы авторитарный режим прусского образца. Если бы такой военный переворот был совершен в 30-е годы (а в армии были генералы, которые думали об этом и даже планировали подобного рода переворот), Германия не стала бы вновь Веймарской демократией, но нацизм был бы уничтожен в начале своего пути. Я полагаю, что большинство из нас аплодировали бы немецкой армии, даже если бы военный переворот привел к кровопролитию. Я вновь признаю сомнительный характер любых исторических аналогий, но, согласитесь, здесь есть пища для размышления.

Перед египетской армией стоит сегодня сложная дилемма: даже если глава американского госдепартамента Джон Керри утверждает, что речь идет не о военном перевороте, а об исполнении народной воли, всем ясно, что это полная ерунда. Нет никаких сомнений, что армия совершила военный переворот. Трудно вообразить, как военное руководство может в обозримом будущем вернуться к конституционной демократии. Ясно также, что Братья мусульмане никуда не исчезнут, и любое сопротивление военному режиму со стороны этого движения будет жестоко подавляться.

Collapse )


Прочитав тоже вспомнил египетского профессора, читавшего лекцию об исламе и демократии. Писал об этом пару лет назад.

Когда-то, очень давно пришлось мне в Ташкенте слушать лекцию о шариате – системе мусульманского права.

Профессор египтянин говорил про ислам как демократичную, толерантную религию, про равенство и т.д.

Тогда ваш покорный слуга, бывший в то время значительно моложе и невыдержанней, задал вопрос: а язычники, рабы, женщины? Какое же тут равенство?

Профессор достаточно честно ответил:

- Язычник – согласно нормам ислама достоин смерти. Правильно! Но он достоин смерти пока он не примет монотеистескую религию. А если он примет ислам, то он ваще уважаемый человек. А если он не хочет принять ислам – это моя проблема? Или его? Его!
Ислам разрешает иметь рабов. Но ислам запрещает иметь рабов мусульман. Если раб примет ислам – он больше не раб. Он может сам себя освободить. А если он не хочет принять ислам – это моя проблема? Или его? Его!


«Я сейчас тоже свободна» - плакат, выпущенный в 1921 году в Москве тиражом в 10000 экземпляров для Туркестана, где только что была установлена Советская власть.Тогда я спросил:
- А женщины? Они же не могут стать мужчинами?!

Я думал, что мусульманский профессор будет отвечать в привычном русле, о том, что назначение женщины – это не назначение мужчины и т.п. А он начал говорить, что, мол, таки да – это проблема. Женщина – она не может быть мужчиной. Это не ее выбор.

Collapse )