Давид Эйдельман (davidaidelman) wrote,
Давид Эйдельман
davidaidelman

Умер Эли Визель

Писатель — бывший узник Освенцима и Бухенвальда, прозаик и эссеист, получивший Нобелевскую премию мира 1986 года.
Его татуированным номером был "A-7713".
В 1986 году, когда Эли Визелю вручали Нобелевскую премию мира, Эгиль Орвик, председатель Нобелевского комитета, сказал в своей речи: "В нем мы видим человека, испытавшего предельное унижение и ставшего одним из наших самых авторитетных духовных учителей".
Он был автором многих книг о Катастрофе европейского еврейства и одним из первых стал применять к этим событиям термин "холокост".
В 1965 году ему дали посетить СССР. В результате появилась книга «Еврейство молчания», в которой Визель призвал мир бороться за право евреев выехать из СССР.
Эли Визель боролся с нетерпимостью и равнодушием.
Помимо идиша и иврита, нобелевский лауреат писал также на французском и английском.

«Однажды, вернувшись с работы, мы увидели три виселицы, маячившие на сборном плацу, словно три черных ворона. Перекличка. Вокруг эсэсовцы, наведенные пулеметы — обычная обстановка. И три жертвы в цепях, и один из них — малыш-помощник, ангел с печальным взглядом.
Казалось, эсэсовцы были озабочены и раздражены более, чем обычно. Повесить мальчишку на глазах у тысяч зрителей — нелегкое дело. Начальник лагеря зачитал приговор. Все глаза глядели на ребенка. Мертвенно-бледный, абсолютно спокойный, он покусывал губы. Тень от виселиц падала на него.
На этот раз: лагерный капо отказался от роли палача. Его заменили три эсэсовца.
Трое приговоренных встали на стулья. На три шеи одновременно накинули три петли.
«Да здравствует свобода!» — закричали двое взрослых.
Но мальчик молчал.
«Где же Бог? Где же Он?» — спросил кто-то позади меня.
По сигналу начальника лагеря три стула опрокинулись.
Тишина нависла над лагерем. На горизонте садилось солнце.
«Шапки долой!» — заорал начальник лагеря. Его голос охрип. Мы плакали.
«Надеть шапки!»
Затем началось шествие. Оба взрослых ухе были мертвы. Их посиневшие, раздутые языки свисали наружу. Однако третья веревка пока дергалась. Слишком легкий, ребенок все еще был жив…
Он оставался в таком положении более получаса, борясь со смертью, умирая у нас на глазах в долгой агонии. А нас заставляли смотреть ему прямо в лицо. Когда я проходил мимо него, он все еще жил. Его язык по-прежнему краснел, глаза не померкли.
Я слышал, как позади меня тот же человек спросил: «Где же теперь Бог?»
И я услышал, как голос внутри меня ответил ему: «Где он? Вот Он — Он висит на этой виселице…»
В тот вечер суп отдавал мертвечиной...
»

Отрывок из книги «Ночь» (название книги на идиш «И мир молчал»)

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments