Давид Эйдельман (davidaidelman) wrote,
Давид Эйдельман
davidaidelman

Categories:

Ефим Гофман о переписке Натана Эйдельмана и Виктора Астафьева

Санкт-ПетербургПосле публикации моей статьи (начало, окончание), посещенной 30-летию переписки Натана Эйдельмана и Виктора Астафьева, киевский литературовед и музыковед Ефим Гофман (исследователь творчества Шаламова, Синявского, Трифонова) оставил в обсуждении несколько комментариев, которые привожу, хотя бы для того, чтобы сохранить, чтобы они не потерялись в фейсбучном хаосе, где найти старые обсуждения почти невозможно:

Комментарий к первой части:

«Я так же, как и Вы, Давид, в этой ситуации полностью был и остаюсь на стороне Натана Яковлевича Эйдельмана. Ваши слова о нём в статье меня очень тронули.

Переписка Эйдельмана с Астафьевым меня тогда, 30 лет назад, задела за живое.



А кроме того, очень огорчило, что Эйдельмана не поняли многие люди его близкого окружения - некоторые замечательные, чтимые всеми нами поэты и писатели. А также - Мариэтта Чудакова, с которой Натан Яковлевич приятельствовал. Все её попытки обосновать свою позицию в позднейших мемуарных текстах никак не убеждают. Установка у неё была одна: Астафьев - убеждённый антикоммунист, и, поскольку широкие слои народа "заражены" про-советскими настроениями, нужен какой-то лидер из деревенской гущи, который бы народные массы переубедил. А поэтому - закрываем глаза на антисемитизм и т.д. (а потом по стопам Чудаковой и ей подобных шли такие же киевские ангажированные люди, рьяно поддерживавшие оба Майдана, закрывая глаза на Тягнибока и ему подобных). И в результате - в октябре 93-го года мы увидели, к чему привёл этот расклад. Агитация Чудаковой и её единомышленников основывалась на том, что: смотрите, ребята, на стороне Верховного Совета - антисемиты и экстремисты; а на стороне Ельцина - респектабельные люди. А то обстоятельство, что и на стороне Ельцина был крупный писатель Астафьев, чья позиция в части антисемитизма (скажем прямо, не сильно изменившаяся в 90-е годы, если судить по его дневникам того времени: записям о Гроссмане и т.д.) мало чем отличалась от позиции монстров вроде Макашова, которые были на противоположной стороне баррикад, тогдашняя "партийно-либеральная" среда замалчивала.

Хотя для подлинной, неангажированной интеллигенции такой расклад вполне мог стать сигналом к тому, чтобы не поддерживать в упомянутой схватке ни одну из сторон баррикады. Да и стал - для того же Андрея Донатовича Синявского, принципиально дистанцировавшегося и от одной, и от другой силы того конфликта. Что отнюдь не удивительно, поскольку именно Синявский относился к числу немногих, кто в 1986 году совершенно твёрдо выразил солидарность с позицией Эйдельмана. И демонстрацией подобной солидарности была сознательная публикация переписки в одном из тогдашних номеров "Синтаксиса"
».


Комментарий к окончанию:

«С резюме Вашей второй части я, конечно же, согласен: куда бы ни ехали либералы-эйдельманы, им всё равно придётся продолжать спор с астафьевыми. И с тем, о чём пишете Вы, и о чём писал в переписке сам Натан Яковлевич Эйдельман, я согласен: именно Астафьев, а не он, похож на нетерпимого ветхозаветного иудея. И вспоминается в связи с этим великолепное место из очерка Цветаевой "Дом у Старого Пимена" (помнил ли о нём Эйдельман в тот момент, когда происходила роковая переписка?.. или подсознательно как-то учитывал, поскольку несомненно очерк знал?..): "И, чтобы все сказать одним словом тогда семнадцатилетней Аси (Цветаевой -Е.Г.) — Розанову, в ответ на какую-то его изуверско-вдохновенно-обличительную тираду:

— Василий Васильевич! На свете есть только один такой еврей. (Розанов, бровями) — ? —

— Это — Вы
»

Tags: Натан Эйдельман
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments