Давид Эйдельман (davidaidelman) wrote,
Давид Эйдельман
davidaidelman

Categories:

ГКЧП и развал СССР (25 лет спустя)

Мне кажется, что сторонников у ГКЧП вначале (до пресс-конференции с дрожащими руками и ответами, путающимися в соплях) было никак не меньше, чем противников. Разница была только в том, что сторонники были примерными советскими людьми. То есть телезрителями и радиослушателями. Которые имели убеждения, но не готовы были выйти (тогда ещё) на площадь отстаивать их. Их политическая гражданская активизация произойдет позже. Они стали активными гражданами СССР, готовыми бороться за сохранение своей страны, только тогда, когда Советский Союз давно перестал существовать.


В этом, безусловно, была вина советских властей, которые боялись любой гражданской активности. В том числе и той, что могла их защитить. Преступлением ведь было не только выступать против начальства. Несанкционированные выступления в поддержку начальства — тоже не поощрялось.

СССР рухнул потому, что никто не вышел на его защиту. Памятник Дзержинскому работы Вучетича на Лубянке вечером 22 августа 1991 года сносили в прямом эфире, под радостные крики вдохновленной общественности. Но не было толпы, которая готова была выйти ей навстречу, чтоб отстоять этот памятник. И те, кто сегодня ратуют за восстановление этого памятника, тогда не провели даже самого скромного пикета, за сохранение.


После пресс-конференции ни один активный, умный и честный человек не готов был ассоциироваться с Янаевым и прочими ничтожествами. Никто не был готов идти сражаться и умирать за них.

Главный вопрос, однако, почему в решающий момент у власти огромной страны оказались люди, которые даже военного переворота не смогли провести, обладая всеми силовыми структурами, всеми полномочиями, всеми рычагами власти?

Ответ на этот вопрос тесно связан и с пониманием того, почему люди, которые могли бы быть за СССР, понимали, что речь идет о сохранение или крушение страны, не вышли отстоять свое государство.

Властная элита пережила отрицательны отбор. Система боялась сильных, харизматичных, интеллектуальных людей. Система боялась людей с лидерскими качествами, реформаторскими амбициями, управленцев с перспективными планами, менеджеров с сильными организаторскими способностями. Почему так случилось? Вероятно, причина была в самой системе.

Властная вертикаль без репрессий существовать не может. Это демократия производит ротацию кадров в естественной форме, сменяя власть движением снизу. А для Вертикали – если она хочет быть успешной (или просто выжить), — репрессии – вещь безальтернативная. По другому нельзя. Это не от злости. Что такое вертикаль власти? Сверху вниз идет сигнал. Вся машина должна работать слаженно, так как любое искажение сигнала, любой сбой сразу же приводит к нарушению.

Поэтому самое страшное для вертикали – это горизонтальные связи во втором третьем, четвертом круге власти. Горизонтальные связи – мешают прохождению сигнала сверху вниз. Усиливают энтропию. Они мешают росту, создают стеклянные потолки. Поэтому горизонтальные трансакции — должны быть сведены к нулю. Горизонтальные связи — это главное обвинение для сталинского чиновника, за это его и репрессировали, а он, дурак, этого не понимал. И кричал: «За что? Я же свой! Мы же свои люди». А именно за это…

Если чиновники ведут междусобойчик по горизонтали, повязываются друг с другом, то вертикаль становится неуправляемой. Есть только верх и низ. Есть сектор, в котором ты отвечаешь за происхождение сигнала. Любые «короткие замыкания» на горизонтальном уровне ведут к «перегоранию», расцениваются как «сговор», «вредительство» и «предательство». Не пожирающая горизонтальные трансакции вертикаль – это загнивающий брежневский застой, когда система перестает функционировать, а пресытившаяся номенклатура готова первой кинуть власть, которая позволила ей зажраться.

Эту ситуацию попытался исправить Андропов. Андропов понимал, что властная вертикаль без репрессий существовать не может. За 15 месяцев своего правления, большую часть которого он провел в больнице, Андропов успел раскачать кампанию «чисток», которая несомненно развернулась бы с невиданной в позднее советское время силой, проживи Юрий Владимирович ещё немного. Смерть Андропова вызвала у многих высокопоставленных чиновников вздох облегчения.

Советскую власть — никто не считал своей. Даже правящий класс. На кухне тоже говорили о власти «Они». Ну как ты, даже будучи всесильным сталинским наркомом, распоряжаясь огромными ресурсами и жизнями людских масс, можешь считать эту власть своей, если у тебя самого нет никаких гарантий. Если завтра тебя, непонятно за что, могут кинуть со всех постов, стереть в лагерную пыль… Еще и не только тебя, но и семью. И всех кто с тобой связан…

Одна из главных причин реформ Петра Первого — он захотел, чтоб страна, которая была его собственностью — была похожа на Голландию или Британию. И взялся её менять об колено.

Одна из главных причин Перестройки — правящая элита захотела хотя бы отчасти сравняться с правящими элитами более комфортных стран. Только вот Горби на Петра Великого не тянул.

Что получилось? Правящий класс, обладавший властными привилегиями, не смог капитализировать власть и привилегии, не разрушив страну. Никто ведь не будет утверждать, что СССР правили рабочие и крестьяне. Также трудно утверждать, что в современной России есть реальный свободный капиталистический рынок. Кто же тогда правит? Насколько отличается правящая элита сегодняшнего дня от правящей элиты, допустим, 70-х годов? Еще в 60-е годы правящий режим в СССР стали называть номенклатурократией. По-моему, этот режим, при всей смене вывесок, правит в России и после того, как профукал СССР. И не только Россией. Но и большинством бывших советских республик.

И нынешние российские правящие элиты — тоже говорят о власти «они». И сегодняшний российский олигарх точно знает, что он миллиардер назначенный. Что состояние его, пусть и огромное, написано на заборе. Что ровно так как его назначили, его могут и снять и опустить как Ходорковского. Как следствие – отчужденность, ощущение непрочности и психология временщиков. Другое же следствие этого, тот самый негативный отбор в номенклатуру. Властная элита боится сильных людей. Или хотя бы людей идеи. Боится, ибо правящая элита на генетическом уровне помнит чистки, репрессии и трудные дни эффективно работающей властной вертикали.

Путина — очень часто упрекают в жестокости и кровожадности. Называют его гэбистом, наследником Сталина, или по крайней мере, Андропова. Но не только Сталин, а даже и Андропов - были бы сильно возмущенны каким-то предельным для российской вертикали миролюбием Путина. Миролюбием по отношению к проворовавшимся и провалившимся на своем посту чиновникам. Путин их не уничтожает, не выбрасывает из политической колоды, а переставляет на другие места...

Tags: Перестройка, Россия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments